Цыпленок жареный

Весна 1921 года. Обескровленный войнами и революцией Петроград стремительно меняется с введением НЭПа. За влияние и власть борются и питерские воры, возглавляемые неким дядей Колей, и банды бывших белогвардейцев, и ЧК, при этом неизвестно, кого больше бояться добропорядочным гражданам, ведь методы чекистов не самые деликатные. Своеобразная репутация поэта и анархиста Роди – «берет много, но не последнее, и обходится без мокрухи» – побуждает дядю Колю использовать его для особых поручений. Тем временем с рекомендательным письмом от самого товарища Зиновьева в райком приходит Клавдия, воодушевленная тем, что «она здесь, в России, в это счастливое, бурное время», вернулась из Парижа, «чтобы строить новый мир».

После налета Роди на мебельный салон Бухнер решает оставить мелкий бизнес. Теперь у него более глобальные планы, для реализации которых он ищет встреч с главарями криминального мира Петрограда. Дина сообщает дяде Коле об убийстве белыми финнов-контрабандистов. Теперь ему придется искать новых поставщиков алкоголя. На первом задании от дяди Коли Родя действует как всегда – с юмором, с фантазией и, конечно, без выстрелов. Тем временем город сотрясает новость о задушенной девушке.

Митя вызывает Родю на допрос по делу об убийстве старика-извозчика. У чекистов Родю замечает танцовщица, о чем незамедлительно сообщает дяде Коле. У Клавы крадут документы, зато ее стенгазету принимают на ура, и ей поручают работу с картинами для выставки. Дядя Коля договаривается с Кумовым об открытии винокурни. Его люди ищут в городе качественный самогон и находят… у Палыча. У Роди – новое задание, несмотря на подозрения в связях с ЧК, ведь сработать нужно без стрельбы, как умеет только он один.

Бухнер находит общий язык с белыми. Компаньоны действуют агрессивно, намереваясь расширяться и составить серьезную конкуренцию дяде Коле. Кумов заказывает Шорину наркотическое вещество. Родя организует налет, как и всегда, оригинально и артистично, однако без выстрелов на этот раз обойтись не удается… Вася сообщает Шестичастному, что налетчик – «хахаль Клавы», но они решают пока попридержать эту информацию от чекистов. Родя возвращает Клаве украденные документы.

Дядя Коля поручает матросу следить за Родей. Полного доверия к нему нет: друг Роди – чекист, соседка – из райкома. Несмотря на подозрения, на переговоры с белыми дядя Коля берет с собой именно Родю. Шорин обещает Изольде, напуганной после допроса в ЧК, высокого покровителя, с которым назначает встречу. Бухнер вынуждает Саркисова предоставить свой склад для хранения белогвардейского товара. Тем временем Клава находит пулю в мешке с мукой и начинает догадываться, откуда этот провиант.

На новые переговоры с белыми дядя Коля отправляет одного Родю, но с условием, чтобы на этот раз тот зарядил револьвер. Однако Родя не докладывает один патрон, что спасает ему жизнь. Вася, уверенный в том, что Клава – вражеский агент, следит за Родей. К Палычу приходит теща: Кондрата забрали в ЧК, нужны деньги, чтобы его выкупить, и она согласна гнать самогон для Палыча. После произошедшей перестрелки Бухнер наблюдает за действиями чекистов у причала и замечает там Кумова. Теперь Клава уверена, что конвой ограбил Родя. Для нее, он – единственный настоящий революционер!

Дядя Коля поручает матросу следить за Родей. Полного доверия к нему нет: друг Роди – чекист, соседка – из райкома. Несмотря на подозрения, на переговоры с белыми дядя Коля берет с собой именно Родю. Шорин обещает Изольде, напуганной после допроса в ЧК, высокого покровителя, с которым назначает встречу. Бухнер вынуждает Саркисова предоставить свой склад для хранения белогвардейского товара. Тем временем Клава находит пулю в мешке с мукой и начинает догадываться, откуда этот провиант.

На новые переговоры с белыми дядя Коля отправляет одного Родю, но с условием, чтобы на этот раз тот зарядил револьвер. Однако Родя не докладывает один патрон, что спасает ему жизнь. Вася, уверенный в том, что Клава – вражеский агент, следит за Родей. К Палычу приходит теща: Кондрата забрали в ЧК, нужны деньги, чтобы его выкупить, и она согласна гнать самогон для Палыча. После произошедшей перестрелки Бухнер наблюдает за действиями чекистов у причала и замечает там Кумова. Теперь Клава уверена, что конвой ограбил Родя. Для нее, он – единственный настоящий революционер!

Идеалистка Клавдия хочет привлечь Родю к работе в райкоме, там – болото, и необходимы такие пламенные революционеры, как он. Родя обещает вечером показать ей то, что спустит ее с небес на землю. Митя сообщает Роде об убийстве старика-извозчика. Дина анонимным звонком наводит чекистов на убежище белых. Дядя Коля поручает Палычу начать производство самогона. В салоне, куда ее с завязанными глазами приводит Родя, Клава встречает пьяного Шестичастного, сорящего райкомовскими деньгами.

На допросе Петрова очень жестко выбивает из матроса следующие показания: старика убил Родя, он душегуб и налетчик. Изольда не может петь – вся шея девушки покрыта синяками. Дине нашептывают, что это сделал Родя. Теперь она требует у Дяди Коли справедливого возмездия для душителя. Несмотря на постигшее ее большое разочарование, Клавдия не сдается: она готова дойти до Троцкого или, если понадобится, до самого Ленина. Бухнер сообщает ротмистру, что человек из ЧК теперь с ними.

Идеалистка Клавдия хочет привлечь Родю к работе в райкоме, там – болото, и необходимы такие пламенные революционеры, как он. Родя обещает вечером показать ей то, что спустит ее с небес на землю. Митя сообщает Роде об убийстве старика-извозчика. Дина анонимным звонком наводит чекистов на убежище белых. Дядя Коля поручает Палычу начать производство самогона. В салоне, куда ее с завязанными глазами приводит Родя, Клава встречает пьяного Шестичастного, сорящего райкомовскими деньгами.

На допросе Петрова очень жестко выбивает из матроса следующие показания: старика убил Родя, он душегуб и налетчик. Изольда не может петь – вся шея девушки покрыта синяками. Дине нашептывают, что это сделал Родя. Теперь она требует у Дяди Коли справедливого возмездия для душителя. Несмотря на постигшее ее большое разочарование, Клавдия не сдается: она готова дойти до Троцкого или, если понадобится, до самого Ленина. Бухнер сообщает ротмистру, что человек из ЧК теперь с ними.

Петрова получает из Тобольска ответ на запрос по делу душителя. Кумов начинает принимать меры: оставленная им в живых певица должна исчезнуть. Дядя Коля навещает винокурню – работа кипит, однако нужно больше зерна, обеспечить которым может только Родя. Для предстоящего налета следует вызволить Родю из ЧК. Взамен Кумов требует убрать Изольду. Тем временем Дина, узнав у певицы, что душил ее совсем не Родя, настоятельно рекомендует девушке исчезнуть. Изольда обращается за помощью к Мите. Клавдия пишет письмо Ленину, указывая на факты измены делу революции.

Митя прячет Изольду и обыскивает кабинет Кумова. Родя соглашается организовать налет, но с условием, что зерно останется в Петрограде. Действует, как всегда, с фантазией и без выстрелов, однако, узнав, что все зерно пойдет на самогон, приходит выяснять отношения с дядей Колей. Тем временем на допросе в ЧК один из музыкантов вспоминает, что главаря налетчиков зовут Родя. Кумов сообщает Мите, что Изольда погибла от рук бандитов. Дора заказывает Роде цикл статей о борьбе с самогоноварением.