Библейский сюжет

Его ранили 13 декабря 1943-го под Витебском — ночью в ногу попала разрывная пуля. "Со мной ли это было? Сколько операций я тогда пережил — одну, десять, тысячу? Я лежал в полевом госпитале. Мне отрезали ногу. В том госпитале ноги отрезали как колбасу... Стол повернули к свету. Я лежал. Вниз головой, как мясо на весах, Душа моя на нитке колотилась, И видел я себя со стороны: Я без довесков был уравновешен Базарной жирной гирей". Началась газовая гангрена, его перевозили из лазарета в лазарет, и в каждом от него отрезали по кусочку... Наконец, через Союз писателей жена сумела добиться его перевода в Москву, в Институт хирургии, где профессор Вишневский сам провёл ему ещё одну ампутацию и победил болезнь. О том, что он пережил, Арсений Александрович напишет "Бабочку в госпитальном саду" и "Полевой госпиталь" — стихотворения, полные духовных переживаний и библейских аллюзий.

Его ранили 13 декабря 1943-го под Витебском — ночью в ногу попала разрывная пуля. "Со мной ли это было? Сколько операций я тогда пережил — одну, десять, тысячу? Я лежал в полевом госпитале. Мне отрезали ногу. В том госпитале ноги отрезали как колбасу... Стол повернули к свету. Я лежал. Вниз головой, как мясо на весах, Душа моя на нитке колотилась, И видел я себя со стороны: Я без довесков был уравновешен Базарной жирной гирей". Началась газовая гангрена, его перевозили из лазарета в лазарет, и в каждом от него отрезали по кусочку... Наконец, через Союз писателей жена сумела добиться его перевода в Москву, в Институт хирургии, где профессор Вишневский сам провёл ему ещё одну ампутацию и победил болезнь. О том, что он пережил, Арсений Александрович напишет "Бабочку в госпитальном саду" и "Полевой госпиталь" — стихотворения, полные духовных переживаний и библейских аллюзий.