Энигма

Порою кажется, что Ферруччо Фурланетто не стопроцентный итальянец по крови и по школе, а наш родной русский бас. Когда слышишь, как он поет финальную арию Дон Кихота из оперы Массне, неминуемо возникают ассоциации с легендарным шаляпинским исполнением финальной же арии Бориса Годунова, что, по словам самого Ферруччо, для которого Годунов одна из любимых ролей, совершенно естественно, ведь партия испанского идальго писалась Массне специально под Шаляпина, а с его интерпретацией шедевра Мусоргского в то время был знаком всякий просвещенный меломан. Также естественно для Фурланетто парадоксально утверждать, что нет языков более близких в том, что касается пения, чем русский и итальянский, и единственное, что выдает в нём иноземца, это мучительная борьба со звуком "Ы", впрочем, и он у него получается довольно прилично, в чем вы сможете убедиться, посмотрев очередной выпуск проекта.

Порою кажется, что Ферруччо Фурланетто не стопроцентный итальянец по крови и по школе, а наш родной русский бас. Когда слышишь, как он поет финальную арию Дон Кихота из оперы Массне, неминуемо возникают ассоциации с легендарным шаляпинским исполнением финальной же арии Бориса Годунова, что, по словам самого Ферруччо, для которого Годунов одна из любимых ролей, совершенно естественно, ведь партия испанского идальго писалась Массне специально под Шаляпина, а с его интерпретацией шедевра Мусоргского в то время был знаком всякий просвещенный меломан. Также естественно для Фурланетто парадоксально утверждать, что нет языков более близких в том, что касается пения, чем русский и итальянский, и единственное, что выдает в нём иноземца, это мучительная борьба со звуком "Ы", впрочем, и он у него получается довольно прилично, в чем вы сможете убедиться, посмотрев очередной выпуск проекта.

Бобан Маркович и его сын Марко — культовые фигуры цыганской балканской музыки, которую весь мир узнал и полюбил, благодаря фильмам Кустурицы. Всё началось с дружбы. Цыганский трубач Бобан дружил с Кустурицей и Гораном Бреговичем, постоянно играл для них. Потом будет "Аризонская мечта", "Андеграунд" и другие не менее легендарные фильмы, звучание которых в первую очередь определял "Оркестр Бобана Марковича" и его харизматичный лидер. Затем на сцену вместе с отцом начнёт выходить сын Бобана, Марко, который окажется не менее одарённым трубачом. Со временем оркестра станет два — у каждого из Марковичей свой, и оба невероятно популярны, как на своей родине, в Сербии, так и во всем мире. Сейчас они редко выступают вместе, но для "Энигмы" сделали исключение, поэтому у российского зрителя появляется уникальная возможность услышать разом и оценить две лучшие цыганские трубы Балкан.

Бобан Маркович и его сын Марко — культовые фигуры цыганской балканской музыки, которую весь мир узнал и полюбил, благодаря фильмам Кустурицы. Всё началось с дружбы. Цыганский трубач Бобан дружил с Кустурицей и Гораном Бреговичем, постоянно играл для них. Потом будет "Аризонская мечта", "Андеграунд" и другие не менее легендарные фильмы, звучание которых в первую очередь определял "Оркестр Бобана Марковича" и его харизматичный лидер. Затем на сцену вместе с отцом начнёт выходить сын Бобана, Марко, который окажется не менее одарённым трубачом. Со временем оркестра станет два — у каждого из Марковичей свой, и оба невероятно популярны, как на своей родине, в Сербии, так и во всем мире. Сейчас они редко выступают вместе, но для "Энигмы" сделали исключение, поэтому у российского зрителя появляется уникальная возможность услышать разом и оценить две лучшие цыганские трубы Балкан.