Япония: божества вод и гор

Любой синтоистский праздник — это, как говорят японцы, "ожидание чего-то невидимого, что непременно появится". Все происходит точно так, как описано еще в древних японских мифах. Шествие паланкинов предваряет бал ледяных скульптур. Раз, два, три — соревнование началось. На жаре несколько десятков мастеров вырезают изо льда фигуры. Жизни им дано час-полтора, они — символ буддийской быстротечности, мимолетности земного бытия; как исчезает роса на жарком утреннем солнце, как осенью вянут цветы, так тают эти ледяные создания. В Японии буддизм мирно существует рядом с синтоизмом. Рождение японца всегда сопровождается синтоистскими обрядами, а смерть буддийскими, и одно не противоречит другому. Синтоистское святилище Хаконэ. Сегодня здесь будет праздник поклонения девятиглавому дракону, хозяину озера Аси. Самыми старыми этнографы считают обряды, связанные с культом животных. Они уходят корнями в глубокую древность, когда люди верили в то, что магическими действиями человек может воздействовать на силы природы. Приливы и отливы людских толп в центре Токио, звуки города. Слышны крики уличных торговцев, музыка, японская и западная, вопли политических агитаторов, грохот поездов городской надземки, рокот автомобильных двигателей ни на что не похожий голос японской столицы.

Любой синтоистский праздник — это, как говорят японцы, "ожидание чего-то невидимого, что непременно появится". Все происходит точно так, как описано еще в древних японских мифах. Шествие паланкинов предваряет бал ледяных скульптур. Раз, два, три — соревнование началось. На жаре несколько десятков мастеров вырезают изо льда фигуры. Жизни им дано час-полтора, они — символ буддийской быстротечности, мимолетности земного бытия; как исчезает роса на жарком утреннем солнце, как осенью вянут цветы, так тают эти ледяные создания. В Японии буддизм мирно существует рядом с синтоизмом. Рождение японца всегда сопровождается синтоистскими обрядами, а смерть буддийскими, и одно не противоречит другому. Синтоистское святилище Хаконэ. Сегодня здесь будет праздник поклонения девятиглавому дракону, хозяину озера Аси. Самыми старыми этнографы считают обряды, связанные с культом животных. Они уходят корнями в глубокую древность, когда люди верили в то, что магическими действиями человек может воздействовать на силы природы. Приливы и отливы людских толп в центре Токио, звуки города. Слышны крики уличных торговцев, музыка, японская и западная, вопли политических агитаторов, грохот поездов городской надземки, рокот автомобильных двигателей ни на что не похожий голос японской столицы.

Любой синтоистский праздник — это, как говорят японцы, "ожидание чего-то невидимого, что непременно появится". Все происходит точно так, как описано еще в древних японских мифах. Шествие паланкинов предваряет бал ледяных скульптур. Раз, два, три — соревнование началось. На жаре несколько десятков мастеров вырезают изо льда фигуры. Жизни им дано час-полтора, они — символ буддийской быстротечности, мимолетности земного бытия; как исчезает роса на жарком утреннем солнце, как осенью вянут цветы, так тают эти ледяные создания. В Японии буддизм мирно существует рядом с синтоизмом. Рождение японца всегда сопровождается синтоистскими обрядами, а смерть буддийскими, и одно не противоречит другому. Синтоистское святилище Хаконэ. Сегодня здесь будет праздник поклонения девятиглавому дракону, хозяину озера Аси. Самыми старыми этнографы считают обряды, связанные с культом животных. Они уходят корнями в глубокую древность, когда люди верили в то, что магическими действиями человек может воздействовать на силы природы. Приливы и отливы людских толп в центре Токио, звуки города. Слышны крики уличных торговцев, музыка, японская и западная, вопли политических агитаторов, грохот поездов городской надземки, рокот автомобильных двигателей ни на что не похожий голос японской столицы.

Любой синтоистский праздник — это, как говорят японцы, "ожидание чего-то невидимого, что непременно появится". Все происходит точно так, как описано еще в древних японских мифах. Шествие паланкинов предваряет бал ледяных скульптур. Раз, два, три — соревнование началось. На жаре несколько десятков мастеров вырезают изо льда фигуры. Жизни им дано час-полтора, они — символ буддийской быстротечности, мимолетности земного бытия; как исчезает роса на жарком утреннем солнце, как осенью вянут цветы, так тают эти ледяные создания. В Японии буддизм мирно существует рядом с синтоизмом. Рождение японца всегда сопровождается синтоистскими обрядами, а смерть буддийскими, и одно не противоречит другому. Синтоистское святилище Хаконэ. Сегодня здесь будет праздник поклонения девятиглавому дракону, хозяину озера Аси. Самыми старыми этнографы считают обряды, связанные с культом животных. Они уходят корнями в глубокую древность, когда люди верили в то, что магическими действиями человек может воздействовать на силы природы. Приливы и отливы людских толп в центре Токио, звуки города. Слышны крики уличных торговцев, музыка, японская и западная, вопли политических агитаторов, грохот поездов городской надземки, рокот автомобильных двигателей ни на что не похожий голос японской столицы.

Любой синтоистский праздник — это, как говорят японцы, "ожидание чего-то невидимого, что непременно появится". Все происходит точно так, как описано еще в древних японских мифах. Шествие паланкинов предваряет бал ледяных скульптур. Раз, два, три — соревнование началось. На жаре несколько десятков мастеров вырезают изо льда фигуры. Жизни им дано час-полтора, они — символ буддийской быстротечности, мимолетности земного бытия; как исчезает роса на жарком утреннем солнце, как осенью вянут цветы, так тают эти ледяные создания. В Японии буддизм мирно существует рядом с синтоизмом. Рождение японца всегда сопровождается синтоистскими обрядами, а смерть буддийскими, и одно не противоречит другому. Синтоистское святилище Хаконэ. Сегодня здесь будет праздник поклонения девятиглавому дракону, хозяину озера Аси. Самыми старыми этнографы считают обряды, связанные с культом животных. Они уходят корнями в глубокую древность, когда люди верили в то, что магическими действиями человек может воздействовать на силы природы. Приливы и отливы людских толп в центре Токио, звуки города. Слышны крики уличных торговцев, музыка, японская и западная, вопли политических агитаторов, грохот поездов городской надземки, рокот автомобильных двигателей ни на что не похожий голос японской столицы.